Уктурский переполох

1. Демографический взрыв

Погружение во тьму дает один несомненный плюс, который проявится повсеместно, если коварный Чубайс воплотит свой план поголовной «мочиловки», т.е. «гасиловки» должников. Плюс этот — демографический. Дело в том, что рубильник каким-то непостижимым образом влияет на уровень рождаемости. Когда прибор стоит торчком (сеть под напряжением) — не жди отдачи. И наоборот, когда опущен — принимай пополнение через девять месяцев! В Уктуре это статистический факт. Если за прошлый год поселковые женщины произвели на свет лишь 8 младенцев, то в 2000 г. уже 16! И глава местной администрации Галина Лобченко уверена, что это не предел. Впервые за последние годы рождаемость превысила смертность.

Впрочем, Галина Ивановна связывает скачок плодовитости не с отключениями света, а с некоторым улучшением благосостояния уктурцев. Поселок живет лесом, большинство населения трудится на предприятиях, заготавливающих древесину, и поскольку те сегодня на подъеме, то и заработки у людей неплохие. А ведь еще совсем недавно народ дичал без денег и работы. Многие уехали от нужды. Остались те, кому некуда бежать и в ком не умерла надежда. Коль рожают — значит жизнь выправляется. Добрый знак.

Но, увы, сей знак почти не виден сквозь бурелом нерешенных проблем. Тех же будущих мам ждут такие завалы, преодолеть которые равнозначно подвигу. Начать с того, что нет в Уктуре врача-гинеколога, а в местной больнице закрыто родильное отделение. И приходится бедным женщинам ездить за 170 верст в Комсомольск. Пять часов на поезде, ибо другим транспортом из таежного угла наверняка не выберешься. С поездами тоже, кстати, беда: пассажирские следуют глухой ночью, да и мест свободных зачастую нет. Что это значит практически, спросите у Светланы Павловой, которую везли рожать на товарняке! А про такие мелочи, как путешествие на третьей полке общего вагона, причем сидя (?), может вам поведать, наверное, каждая вторая уктурская мадонна.

Поэтому участницы недавнего перекрытия Транссиба, думаю, не вполне искренни, когда уверяют, что зуба на железную дорогу у них нет, и что лечь на рельсы их заставила только беспросветная в буквальном смысле жизнь.

2. Перекрытие

Два неошкуренных бревна, которыми 26 июля перегородили магистраль, до сих пор валяются в полуметре от стальной колеи, словно ожидая, чем закончатся разборки жителей Уктура с начальством.

— Если обстановка не изменится, мы, наверное, вновь пойдем на рельсы. Только на этот раз будем стоять твердо. Другого способа привлечь внимание к своим проблемам у нас нет.

Произносит эти слова женщина внушительного вида и с не менее внушительной фамилией — Буран, одна из тех, кого власти считают зачинщиками переполоха. Галина Евгеньевна с приписываемой ролью не согласна. Она и шестеро других уктурок, избранных в своего рода комитет гражданской обороны, называют себя просто — представители населения. С их слов, акцию протеста никто заранее не планировал. Все произошло стихийно, но закономерно…

С утра поселок проснулся во тьме. Это означало, что топливо на муниципальную дизельную станцию не подвезли, а потому придется вновь, как и несколько дней до этого, жить без света, воды и связи, готовить на уличных кострах тем, у кого, к несчастью, нет газобаллонной установки, выбрасывать испорченные продукты из холодильника, пялиться в потухший экран телевизора. Ребятишки не пойдут в детсад и пришкольный лагерь, а хворые уктурцы, распущенные из обесточенной больницы по домам, останутся без лечебных процедур. Пекарня не выпечет хлеб, магазины будут закрыты, замрут станки и оборудование на предприятиях лесного комплекса. Жизнь почти остановится.

А тут еще пополз слух, что солярки не будет аж до сентября -пока не обеспечат топливом «севера».

В общем, поселковый народ завелся, как бы подтверждая недобрую молву о себе: дескать, непредсказуемый, взрывоопасный. Сборная команда со всего бывшего Союза, временщики, приехавшие когда-то в тайгу по призыву комсомола «за длинным рублем». И уктурцы, заметим, не однажды демонстрировали норов. Есть у них свой опыт митингов и забастовок. Было, осенью 1998 года перекрывали железную дорогу, протестуя таким вот флибустьерским способом против отключений света в поселке. Тогда, кстати, застрельщиками акции выступили… педагоги и ученики местной школы. Общая добыча -цистерна солярки, отцепленная от проходящего состава.

Говорят, утром 26 июля 2000 года призывов блокировать станцию не звучало. Народ, стихийно собравшийся на главной площади Уктура, в основном женщины, старики и дети (мужчины работают вахтовым методом в тайге), двинулся к зданию администрации. Главы как раз не было на месте: с 17 июля Галина Ивановна Лобченко находилась в законном отпуске. Из ее кабинета стали названивать по инстанциям. В первую очередь, естественно, главе Комсомольского района. Только ничего приятного уху уктурцев Коломыцев не сообщил. Лишнего топлива нет, точка! «Что же нам теперь — на рельсы идти ложиться?» И тут, как свидетельствуют участники переговоров, Александр Васильевич сорвался: мол, идите, куда хотите! Видимо, и по этой причине транспортный прокурор В. Одорожа позже напрямую обвинит власти района в том, что именно они спровоцировали поход граждан на железную дорогу.

Перекрывать магистраль уктурцы решили вечером, когда там более оживленное движение. Сигнал о предстоящей акции был послан руководству ДВЖД. Реакция ведомства, помнившего 1998 год и напуганного недавними ЧП в Солнечном районе, последовала незамедлительно. К пассажирскому поезду «Хабаровск — Советская Гавань» был подцеплен спецвагон с оперативной группой милиции.

Галина Ивановна Лобченко: «Мне сообщили, что в 20.00 у здания администрации пройдет митинг, но когда я сюда подошла, площадь была пуста. Тогда я поехала на вокзал…»

К тому времени на станции было немноголюдно. Но два неошкуренных бревна, перекинутых поперек рельсов, красноречиво говорили о намерениях собравшихся. Основная масса народа подойдет к 22.00 — аккурат к прибытию поезда на Советскую Гавань. В итоге здесь, по оценкам очевидцев, соберется несколько сотен человек, что для двухтысячного поселка просто огромная цифра. Могло быть и больше, если б к акции подключилось мужское население. Но мужики валили в тайге лес, а тех, кто находился дома, жены уговорили пока не вмешиваться.

— Возьми мы мужчин, тут могла бы случиться трагедия! — восклицает Галина Евгеньевна Буран. — Поэтому были в основном пожилые люди, мамы с детьми. Но и то нам пришлось постараться, чтобы молодежь вела себя спокойно. Все были настроены очень агрессивно.

Когда подошел пассажирский поезд, уктурцев ждал сюрприз в виде вагона, набитого милицией. Но силовых акций против толпы, слава Богу, не последовало, хотя такие полномочия у опергруппы наверняка имелись. Все мои собеседники в один голос отмечали невероятную корректность «органов». На удивление миролюбиво были настроены и пассажиры задержанного поезда. Одна бабушка даже вынесла на перрон пирожки и стала угощать ими уктурскую молодежь. Примерно через 20 минут переговоров восставший народ сошел с рельсов, довольные милиционеры отодвинули бревна — путь свободен!

Впрочем, на этом железнодорожный инцидент исчерпан не был. Следом за пассажирским ожидался грузовой поезд. Как нарочно, в составе оказались цистерны с горючим — сильнейший раздражитель для толпы, и группа молодежи уже хотела вновь перекрывать дорогу. С трудом их удалось отговорить от безумного шага…

Свет включили вечером того же дня. На несколько часов.

3. Вот приехал глава…

А 27 июля Уктур вновь погрузился во тьму. Только теперь пенять на власти было нечего: обесточил населенный пункт шквальный ветер, поваливший пять столбов линии электропередачи. Уже и природа выступила против жителей!

После полудня следующего дня в Уктуре состоялся митинг, на котором были сформулированы требования к районному начальству. Свет все 24 часа! Нет дискриминации сельского населения по отношению к городскому при оплате за электроэнергию! Долой директора МУП ЖКХ А. Белецкого за развал работы! Далее еще с десяток пунктов по устранению поселковых недостатков. А напоследок — предупреждение самому главе районной администрации Коломыцеву: не выполнишь требования — будем отзывать с поста.

Не думаю, что Александр Васильевич испугался уктурской угрозы, когда 31 июля приехал в один из самых удаленных поселков района. На сход. Ему, безусловно, было чем ответить местным жителям. Судя по цифрам, уктурцы занимают безоговорочное первое место по неплатежам за жилищно-коммунальные услуги. Долг на 1 августа составил уже три с половиной миллиона, что примерно равняется задолженности всех остальных населенных пунктов района вместе взятых! В свою очередь, бюджет обязательства перед Уктуром перевыполняет. За семь месяцев поселковое предприятие ЖКХ профинансировано на 98% к годовому плану, дизтоплива поставлено 1100 тонн — почти годовая потребность. И куда все это делось? Не бросал район поселок на произвол судьбы и раньше. В прошлом году полностью заменена теплотрасса, что позволило мягко пережить зиму, был сделан капремонт больницы… Но самое главное — ведутся работы по подключению поселков, расположенных вдоль железной дороги, к централизованному энергоснабжению. До зимы постоянный свет получит Снежный. Следующий год — за Уктуром. И тогда самая больная проблема таежного поселка будет решена.

Я видел, как реагировали люди на слова руководителя. Увы, без оптимизма и особого доверия: «Доживем ли?», «И раньше подобное слыхали!» Но явное раздражение вызвал упрек за неплатежи. Абсолютно незаслуженный, как, например, считает депутат совета представителей Уктура Ольга Байрачная, много лет проработавшая в системе ЖКХ. По ее мнению, цифры долгов во многом дутые. И растут они за счет так называемых двойных тарифов, когда за превышение нормы потребления в 62 киловатта в месяц человека вынуждают платить не 27 копеек за каждый «лишний» киловатт, а 3 рубля 18 копеек — по себестоимости электроэнергии. Еще круче тарифы для тех, у кого нет в квартире счетчика. Таких в поселке 98. Каждая седьмая семья! Ежемесячный оброк на однокомнатную квартиру установлен в размере 1068 рублей, на 2-3-комнатные — до 1300 и выше. Плати независимо от того, сколько сжег энергии. Но разве может заплатить подобную сумму Самарина Галина Григорьевна, живущая на пенсию в 600 рублей? Или Сенченко Сергей Михайлович, у которого пенсия 900 рублей и который в отчаянии попросил отключить его от системы электроснабжения? Вот откуда берутся сумасшедшие долги, хотя, конечно, есть среди уктурцев «черная сотня» злостных неплательщиков, которые могут, да не хотят платить по счетам.

У поселкового мэра Лобченко есть свои резоны не доверять коммунальным математикам. Когда еще 29 июня начальник ЖКХ Белецкий известил Галину Ивановну, что дизтопливо все вышло и поселок надо отключать, она быстро собрала группу депутатов, в тот же день организовав проверку на складе ГСМ. И что же? Выявлено 46 «лишних» тонн. Этой солярки хватило поселку на две недели светлой жизни. Сегодня ситуацию с учетом ГСМ в Уктуре изучают компетентные органы.

Не дожидаясь их выводов, но, очевидно, следуя пожеланиям возмущенной общественности, Александр Коломыцев прямо на сходе объявил народу, что снимает главного поселкового коммунальника! А кроме того, пообещал прислать еще солярки.

Этой ночью в поселке горел свет, нарушая все установленные графики и лимиты (два часа утром и 6,5 часа вечером).

4. Зависть кенайцев

Вот уж не думал, что рядом есть место, где могут страшно завидовать уктурцам. Даже когда те пользуются электроприборами лишь восемь часов в сутки.

— С июля нам включают свет только на час утром и на три вечером, — рассказала мне глава администрации поселка Кенай Наталья Мухортова, — хотя мы тоже относимся к уктурскому ЖКХ. Но, к сожалению, начальник предприятия Белецкий живет не в нашем поселке…

От Уктура до Кеная 25 километров. Это самая дальняя точка Комсомольского района. 800 жителей на добрый десяток частных лесозаготовительных предприятий. По словам Мухортовой, лесники дают большие поступления в районную казну, а в их поселок жалкие крохи возвращаются. Вот и выходит, что те, кто зарабатывают, живут в худших условиях по сравнению с другими.

— Почему не протестуем, как Уктур? — задает вопрос глава поселка. — Привыкли, наверное. Конечно, четыре часа света совсем уж мало. Испытывают нас, что ли: ну, сколько еще выдержим?

Со станции Кенай пока нет плохих новостей.

P.S. Вечером 3 августа глава уктурской администрации Г. Лобченко сообщила редакции, что теперь электроэнергия в поселок подается 14,5 часа в сутки. Топлива на дизельной хватит дней на девять…

Сергей АКУЛИЧ. п. Уктур.

«Тихоокеанская звезда», 8 августа 2000 г.

Поделись с друзьями!
Оставьте свой комментарий:

на Блоге
в Вконтакте
в Фейсбук