Пашка-попрошайка

детский дом

В свое время эта история произвела на меня сильнейшее впечатление. Как юный инвалид приспосабливается к жизни в чрезвычайных обстоятельствах, о чем мечтает, его отношения с отчимом, у которого также удивительная судьба: кореец, попытавшийся получить гражданство через российскую тюрьму…

Где вы сегодня, Павел Кыдык и Валера — Ким Чоль?

Пашка-попрошайка

…Спит Валера чутко, и, хлопни среди ночи подъездная дверь, заработай лифт, он наверняка проснется, тихонько выйдет на лестничную площадку встречать своего Павлика. Вслушиваясь в шорохи, пробежится по этажам, уговаривая темноту отпустить ребенка. Павлик исчез 6 января, а 14-го объявился только затем, чтобы сбросить грязную одежду. Надел свежую рубашку, брючки — и был таков. С того дня Валера обошел весь город, прочесал каждый двор, заглянул во все торговые и злачные места. Павлик, точно сквозь землю провалился. На вокзале кто-то из пассажиров сказал, что видел одноногого мальчика в Хабаровске. Это похоже на правду. В прошлом году Пашка дважды убегал в краевой центр.

Первый раз — аккурат под 23-е февраля. Пошел мусор выносить и не вернулся. Валера позже припомнит, с каким интересом 12-летний мальчик слушал его рассказ о Хабаровске. А когда увидел в кино троллейбус, втемяшилось ему на троллейбусе покататься… Вообще, если Пашка на что-то нацелится, своего добьется. Захотел, скажем, в Солнечный съездить  — отправился никого не спросясь. Или про Амурск все выпытавал отчима: что да как? Ну Валера и расскажи о знаменитом тамошнем дендрарии, об очистных сооружениях — тоже своего рода достопримечательность. И когда Павлик вдруг пропал, не трудно было догадаться, где искать беглеца. Через неделю отловил его Валера в амурском… детдоме. Оказывается, местные пацаны приняли чужака в свою компанию.

После этих случаев Валера стал бояться «географических» вопросов Павлика. А тот еще интересовался Иркутском, Москвой. Про самолеты распрашивал…

Валера тешит себя мыслью, что Павлик именно в путешествии и когда-нибудь вернется домой. Только вот резинку на его костыле менять пора, за две недели стирается — в гололед это особенно опасно.

Паша Кыдык родился с дефектом правой ножки, поэтому всю свою коротенькую жизнь передвигается с помощью костылей. Вернее, костыля. Привык к одной подпорке под мышкой. Но, как говорят, в скорости и маневренности не уступит иному здоровому ходоку. Правда, до поры немногие могли в этом убедиться. Пашка редко выходил на улицу, стыдясь своего вида и боясь общения с чужими людьми. Положение изменилось в 1998 году, когда он отдыхал в детском санатории «Солнышко». Там Пашка подружился с шебутной ребятней, пристрастившись побираться вместе с нею в магазине напротив. Одноногому мальчугану никто не отказывал в подаянии, а так как Пашка всегда щедро делился добычей с товарищами, то скоро стал душой компании. За небольшой срок он вполне освоил нехитрые секреты ремесла попрошайки и значительно раздвинул горизонты деятельности. С магазинов перешел на банки и бары, где тасуется небедная публика. Но обычно нес дежурство на дорожных перекрестках, взывая своим убогим видом к жалости и кошельку состоятельных и не очень автомобилистов. Сегодня Пашка Кыдык — самый известный попрошайка в Комсомольске.

Валера узнал о пашкином увлечении случайно. Пробовал, было, вразумить пацана, мол, нехорошо попрошайничать, ай-я-яй! В другой раз пригрозил «пальцы перешибить» ремнем. Однако наказывать не стал, потому как считал: бесполезно. Да и у кого поднимется рука на маленького инвалида?! Если по чести, то даже права на это Валера не имел. Не отец он Пашке, хотя тот и называет его «папой». Настоящий родитель не весть где.

С матерью Пашка в сложных отношениях, потому что считает ее виновницей своего несчастья: родила ведь таким! У старшего брата и сестренки младшей все на месте, а у него… И для Галины одноногий сын — вечный укор. Она, похоже, махнула на него рукой. Было, даже сама уходила из дому, оставив детей, квартиру на попечение своего верного сожителя Валеры.

У Валеры судьба тоже непростая. За спиной срок. Кто-то когда-то научил, что через тюрьму проще получить российское гражданство, он и постарался, «залетел». Валера — кореец. Русское имя для удобства принял. А вообще-то он Ким Чоль.

Валере известно, почему Пашка стал попрошайкой. Оказывается, кризис в стране и прочие социально-экономические обстоятельства тут ни при чем, а виноват… менталитет нашего народа.

— Его сгубило русское добродушие! — уверен Валера-Ким Чоль. — Зачем подают? Жалеют… А он умело играет на этом чувстве. Ботинки, к примеру, новые у него. Так он специально оденет на левую ногу правый ботинок, в одежку грязную влезет, чтобы выглядеть понесчастнее. На эту удочку русские люди и попадаются. Глупость творят! Ведь Павлик в принципе не нуждается ни в чем. Дома есть и что покушать, и что одеть, правда, без роскоши. И обстановка в семье теперь нормальная.

Валера пытался бороться с «русским добродушием». По-своему. Обошел рынки, бары, ночные магазины — словом, те места, где Пашка обычно ведет свой тихий промысел, — и всюду расклеил объявления: дескать, уважаемые граждане, пожалуйста, не подавайте такому-то, он вас обманывает, что нуждается! Убеждал охранников и продавцов гнать Пашку, если появится, в шею, безжалостно! Не тут-то было. Одноногому попрошайке везде зеленая улица. Жалость и добросердечие выше разума.

А дома Пашке был вынесен категорический запрет: ни копейки подаяний в семью не нести. Это нечистые деньги. Между тем, «заработки» мальчика подчас превышают семейные доходы. Об этом можно судить по той щедрости, с которой он одаривал своих менее удачливых приятелей сладостями и дорогими сигаретами. Рассказывают, что в салонах компьютерных игр — любимом месте отдыха юных попрошаек — Пашка оставлял за один многочасовой присест до двухсот рублей и выше. Сколько в действительности ему подают сердобольные граждане, Пашка не говорит никому, а Валера из принципа не интересуется этим. И когда однажды такой вопрос задала школьная учительница, Валера ее оборвал: «Не надо об этом спрашивать. Получается, мы его как бы поощряем, восхваляем — раз столько зарабатывает, значит что-то может! А что он может? Наоборот, его по-уму пристыдить надо.»

Впрочем, похоже, стыдить Пашку уже бесполезно. Пробовали это делать и в школе, и в инспекции по делам несовершеннолетних, и на разных комиссиях. Мальчишка моментально замыкается, прячась в кокон отчужденности. Хотя, по наблюдениям, Ольги Любимкиной, старшего инспектора ИДН шестого горотдела милиции, на посторонние темы Пашка очень даже горазд поговорить. Язычок у него подвешен. Фантазер. Наплетет сто верст до небес, и люди верят. Когда, к примеру, во второй раз убегал в Хабаровск, а дело было прошлой осенью, рассказал водителю автобуса, что едет к маме, которая где-то там в тайге шишки собирает… А какие истории сочиняет, дабы разжалобить «клиентов», вытянув с них побольше монет! «Паша очень своеобразный мальчик, — говорит Ольга Михайловна Любимкина. — Для него и таких, как он, попрошайничество — это уже образ жизни.»

— Он что любит — свободу, — пытается объяснить поведение Пашки отчим Валера. — Чтобы, когда захотел, пошел гулять, куда захотел… Его бесполезно охранять, все равно убежит. Больше всего ему нравится, когда он в центре внимания; а вокруг него всегда 5-6 пацанов крутится. Я, конечно, понимаю, что он тем самым хочет как-то возместить свой физиологический недостаток. Отсюда, видимо, и страсть к бродяжничеству.

Пашку тянет в людскую круговерть. Может быть, поэтому он время от времени посещает школу, где числится в шестом классе, хотя учиться не любит. Читает и то еле как. Странности его недетского поведения отмечают здесь многие: уборщица, у которой он интересуется состоянием здоровья и наличием тряпок для мытья полов, физрук, с которым обменяется в коридоре рукопожатием, поговорив о том о сем, повариха, у которой Пашка выпытает, что сегодня будут кушать платники, а что бесплатники. Само собой, поговорит с учителем: как давление? я сегодня уроки сделал, поэтому вас постараюсь не расстраивать.

На языке Валеры это называется «влезть под шкуру». Тут его Пашка почти профессионал. В людях разбирается сходу: с кем можно иметь дело, а от кого нужно подальше держаться. Для попрошайки и бродяжки это обязательные качества. А что Пашка не намерен скоро бросать привычное «дело», ясно хотя бы по его категорическому отказу от ножного протеза. И то: вид инвалида с костылем жалостливее. Больше подают. К тому же у Пашки есть заветная мечта. Он хочет к 17 годам заработать на джип.

С его широкой натурой это будет трудно. Пашка не жадный. Хитрости и коварства в нем тоже пока не наблюдалось. Хоть и может приврать по случаю, но на предательство, подлость, очевидно, не способен. С годами, впрочем, характер часто меняется…

А еще Пашка самолюбив и крепко обижается, если кто-то его подводит. Однако слова плохого не скажет в ответ. Просто уйдет в себя, замкнется. Уж насколько уважительно относится к отчиму, и на «вы» с ним и «папой» зовет, а два случая было, когда сильно осерчал на Валеру. Первый раз за срыв похода на рыбалку, потом — за несостоявшуюся поездку в село Бельго, что на правом берегу Амура. Вообще-то, семейные вылазки на природу у них не такая большая редкость. Валера тащит Пашку на себе, с костылем-то по сопкам не напрыгаешься. А тут сорвалось… «Я теперь боюсь его обмануть хоть в чем-то, — признается Валера. — Он замолчит, а это для меня самое страшное — молчание ребенка. Ведь я его больше всех люблю, как сына.»

Удивительно слышать подобные слова от 43-летнего мужчины-корейца, который только что рассуждал о порочности «русского добродушия»! У Валеры сердце пусть и другой национальности, но точно с тем же «пороком» добра. Теперь я понимаю, почему капитан милиции Любимкина предложила мне встретиться именно с Ким Чолем: «Он знает о Павлике все. Даже мать такого не расскажет…»

Где теперь одноногий мальчик? На каком перекрестке стоит с протянутой рукой? Дома его ждут папа и мама. Да и резинку на костыле пора заменить — иначе на скользкой дорожке не удержишься.

P.S. В понедельник после более чем полуторамесячного отсутствия Пашка Кыдык вернулся в родной Комсомольск-на-Амуре и поселился в каком-то притоне. Там и разыскал его счастливый папа Валера. Теперь семья в полном сборе. Надолго ли?

© Сергей АКУЛИЧ.
Комсомольск-на-Амуре.
«Тихоокеанская звезда», 4 марта 2000 г.

Поделись с друзьями!
Оставьте свой комментарий:

на Блоге
в Вконтакте
в Фейсбук