История современности: 6 лет на термоядерной бочке

Человек, который привез на постоянное хранение в Комсомольск несколько десятков термоядерных бомб, а потом добился, чтобы их убрали из города, работает сегодня преподавателем основ безопасности жизнедеятельности в средней школе N 36.

Невысок, худощав, сосредоточен, очки… — вид у Сергея Мещанинова вовсе не героический. Однако не верьте глазам своим. За профессорской внешностью скрываются бешенный темперамент, отвага, потрясающая настырность и удивительное чувство личной сопричастности ко всему происходящему на свете. Даже теперь, когда Сергею Алексеевичу далеко за 50.

Это он в первый день натовских бомбардировок Югославии принес в военкомат рапорт с просьбой отправить его, специалиста по системам

ПВО, на защиту чужого неба. А когда-то, кстати, так же рвался на Кубу и во Вьетнам.

В его жизни было много неординарных поступков.

Уроженец вологодской деревни, выпускник Харьковской академии ПВО, Сергей Мещанинов в свое время «пробил» через Генсека ЦК КПСС и

Главное политуправление идею о призыве новобранцев в те части, где служили их отцы. И он же как-то написал в партийную комиссию жалобу… на самого себя — чтоб примерно наказали за упущения по службе. В 1997-м предложил президентам России и Белоруссии создать единое государство «Великоруссия». Было дело, доказал издателям «Советского энциклопедического словаря» (1987г.), что в батарее Раевского насчитывалось 18 пушек, а не 30…

Про таких, как он, иные говорят не очень-то уважительно: больше всех надо! Но именно этому человеку обязаны безъядерным будущим триста тысяч жителей Комсомольска-на-Амуре.

Правда, 13 лет назад он предстал бы перед людьми скорее в образе сатаны, догадайся они, какой суперопасный груз завез в их город интеллигентного вида подполковник.

О том, что в одной из воинских частей ПВО, расположенных на территории Комсомольска, устроен склад термоядерных боеприпасов, знали в Советском Союзе немногие. Какой стратег придумал разместить оружие массового поражения в густо населенном районе, история пока умалчивает. Быть может, тем самым московские генералы пытались обхитрить натовских шпионов: вряд ли кому придет в голову искать термоядерные бомбы в сотнях метров от жилых кварталов, верно? А что мирный город становился заложником у военных, — это, похоже, никого не волновало.

До определенного времени не волновался и Сергей Мещанинов. Офицер ПВО, инженер-радиотехник по образованию, он жил по приказу. Раньше занимался «просто» ракетными системами, теперь ему предстояло опекать хранилище ядерных боеголовок. Служба!

В задачу зам. командира части — главного инженера С.А.Мещанинова входило поддержание зарядов в постоянной готовности. Он головой отвечал за техническое состояние 30 с чем-то «изделий» – каждое весом от 250 до 400 кг. и длиной около метра. В случае нужды эти штуковины следовало приладить к ракетам ПВО среднего и дальнего радиуса действия. Предназначались они для поражения воздушных армад потенциального агрессора либо для гарантированного перехвата особо важных целей, например, вражеского самолета с грузом ядерных бомб.

В феврале 1988 года, отслужив «завскладом» около двух лет (а всего в армии — 29), Сергей Алексеевич увольняется в запас. Но не уезжает на родную Вологодчину, решив остаться с семьей в Комсомольске. «Будь я верующим, — скажет он позднее, — то непременно сделал бы вывод, что сам Бог задержал меня здесь, дабы я смог искупить свою вину перед горожанами».

Судьбе было угодно, чтобы военный пенсионер Мещанинов пошел работать механиком на железную дорогу. А вскоре в стране грянули выборы, и деятельного, дисциплинированного Сергея Алексеевичасначала «бросают» на руководство избирательным участком, а потом и вовсе выдвигают кандидатом в народные депутаты горсовета.

Этот период его жизни стал по-своему переломным.

— Встречаясь с избирателями, — рассказывает Мещанинов, — я узнал, что подавляющее их большинство настроено категорически против предполагаемого строительства АЭС на озере Эворон. Многие со слезами на глазах умоляли меня воспрепятствовать планам Минатома, если я стану депутатом. Эти слезы буквально перевернули мне душу…

Комсомольчане, беспокоясь о строительстве станции, не могли и подозревать, что уже живут на термоядерном вулкане. Разве могли они знать, какое ничтожество представляет собой АЭС по сравнению с  т е м  хранилищем? Мне трудно пересказать чувства, что владелимной в те дни. Прошлое неожиданно ворвалось в мою жизнь, заставило по-новому взглянуть на совершенное мной когда-то и искать пути искупления греха. Я принял решение любой ценой убрать ядерное оружие из Комсомольска.

Обстоятельства складывались так, что он мог действовать только в одиночку. Страшную военную тайну нельзя было открыть никому.

— Я чувствовал себя как сестра из сказки Андерсена, которая вязала из крапивы рубашки своим заколдованным братьям и была обязана молчать в течение всей работы. Но я решил для себя, что если решение вопроса будет затягиваться слишком долго, то я буду вынужден обратиться к народу, ибо народу давал я присягу, а не тем безголовым «мудрецам», которые подложили комсомольчанам «термоядерную свинью».

Для начала Мещанинов подготовил обращение к Министру обороны Язову, но как отправить письмо? Обычным порядком секретный пакет не пошлешь, а спецсвязь для частных лиц недоступна. Помог председатель горсовета Валерий Кудашев, который, не зная содержания послания, но поверив, что в нем поднимается очень важный вопрос, распорядился отослать письмо депутата Мещанинова специальной почтой.

Ответ из Москвы пришел обескураживающий: дескать, предусмотрена разработка нормативных актов, касающихся расположения военных объектов, аналогичных комсомольскому хранилищу. Возможно, когда-то будет принято решение и о его передислокации.

Такой вариант Мещанинова устроить не мог. В течение 1990-го и 1991-го годов он бомбардирует письмами Генсека ЦК КПСС, президента страны М.Горбачева, убеждая, требуя подчас в резких выражениях убрать с территории Комсомольска термоядерные боеголовки. По этому же поводу просится на  личный прием к Министру обороны. Увы, все тщетно. В ответ — либо молчание, либо стандартные отписки.

Последнее секретное письмо к президенту СССР Мещанинов направил 4 августа 1991 года, уже не питая никаких иллюзий.

— Передо мной был большой тупик, — вспоминает Сергей Алексеевич тогдашнее свое состояние. — Я знал, что ничто не заставит меня отказаться от задуманного, но что делать дальше — право, не знал.

В довершение ко всему один бывший сослуживец предупредил Мещанинова о грозящей опасности: якобы против него собираются возбудить уголовное дело, чтоб «не высовывался».

Кто знает, как бы развернулись события, не случись 18-21 августа попытки государственного переворота. Буквально через неделю после путча Мещанинов отправляет секретной почтой страстное обращение к российскому президенту, в котором умоляет Ельцина спасти город и его жителей от угрозы термоядерной катастрофы.

Отставной подполковник прекрасно понимал, что в период роста напряженности в стране, опасность такого рода объектов неизмеримо возрастает. Ведь нельзя исключать случаи экстремистских выходок, терроризма. По оценкам Мещанинова, десяток знающих людей могли бы без большого шума захватить хранилище с боеголовками, учитывая, что оно расположено прямо на поверхности земли и до него можно доехать на обычном городском автобусе.

19 октября из столицы пришел ответ, который и сегодня стоит процитировать: «Ваше обращение рассмотрено… Принято решение об изъятии до июля 1992 г. вооружения, о котором Вы пишете, из войсковой части и перемещении его на центральные базы».

Другой на месте Мещанинова тут бы, наверное, и успокоился, но не он. В адрес президента России и Минобороны полетели новые письма.

— Меня не устраивал срок эвакуации боеголовок, — бесхитростно рассказывает Сергей Алексеевич, — вот я и стал торопить руководство страны, приводя убедительные аргументы.

Подействовало! Термоядерные заряды были вывезены из города уже в начале 1992 года. Мещанинов убедился в этом, лично побывав в опустевшем хранилище. И только тогда вздохнул с облегчением: победа!

Но он не считает эту победу исключительно своей заслугой. Скромный Сергей Алексеевич благодарен всем, кто помогал ему выстоять, даже не догадываясь, против чего он настойчиво боролся. Особо признателен ветеран ПВО президенту России Ельцину, который услышал-таки одиночный сигнал тревоги из термоядерного Комсомольска.

Ровно семь лет назад завершились эти события, но только сейчас приходит понимание, какую страшную беду удалось тогда отвести от города. Навсегда ли? По словам Мещанинова, не исключено, что старое хранилище термоядерного оружия может быть востребовано вновь. Видимо, поэтому его точное местонахождение держится в секрете.

Кстати, Сергей Алексеевич пацифистом себя не считает и бороться за полное уничтожение ядерных боеприпасов не собирается. «Они должны быть у России, — убежден он. — Вот только держать их надо подальше от населенных пунктов…»

Куда переправили из Комсомольска несколько десятков «хиросим», увы, не известно до сих пор. Военная тайна.

Сергей Акулич.

г. Комсомольск-на-Амуре.

«Тихоокеанская звезда», 1999 г.

 

Поделись с друзьями!
Оставьте свой комментарий:

на Блоге
в Вконтакте
в Фейсбук