Час Озерова

За час, проведенный в рабочем кабинете Виктора Озерова, я стал свидетелем следующих событий. Дважды звонила спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко, проясняя детали новенького законопроекта о народных дружинниках.

Собеседник из Дагестана поднимал вопросы местного предприятия ВПК. Был еще разговор с одним из руководителей Военно-промышленной комиссии при Правительстве РФ. Потом принесли приказ из Министерства обороны, к выходу в свет которого оказался причастен наш сенатор… В общем, беседа с председателем комитета по обороне и безопасности, членом Совфеда от Законодательной думы Хабаровского края Виктором Озеровым проходила в деловой обстановке. И первый вопрос, разумеется, был о Крыме.

1. Превентивная мера

Виктор Алексеевич, вы непосредственно участвовали в подготовке и принятии законодательных актов, обеспечивающих включение Крыма в состав России. Были у вас какие-то сомнения на этот счет: все-таки речь шла о нарушении территориальной целостности суверенного государства Украина?

— Знаете, в обращении президента к Совету Федерации, к Государственной Думе, к гражданам России по поводу присоединения Крыма все предельно четко изложено, что избавляет меня от развернутого ответа на ваш вопрос. Я могу сказать только одно: принимая решение о Крыме, мы исходили, в том числе, из своего горького опыта. Имею в виду события в Южной Осетии 2008 года. Когда меня сегодня ваши коллеги-журналисты спрашивают: «Виктор Алексеевич, еще ни одного российского военного или гражданского человека не убили в Крыму, а вы уже дали согласие на введение войск, как же так?». – Я всегда отвечаю: «А вы что, хотите, чтобы было, как в Южной Осетии, где сначала поубивали наших военнослужащих, наших россиян, наших соотечественников и только потом мы бы дали согласие президенту на их защиту?».

— То есть, это была превентивная мера?

— Да, превентивная мера. Я считаю, что с учетом мирного проведения референдума в Крыму она полностью себя оправдала. Горячие головы из рядов оранжево-коричневой чумы, как я называю пришедших к власти в Киеве, должны были понять, что безнаказанно ни одно силовое давление на Крым и на людей, живущих там, не пройдет.

— На примере Крыма, получается, была опровергнута поговорка «Русские медленно запрягают…». В данном случае удалось и запрячь быстро, и поехать.

— Когда надо, да. Вот я недавно встречался с одним дипломатом, не буду называть, какой страны. Мы обсуждали схожесть и различие ситуации между Косово и Крымом. И у нас с этим дипломатом выявилось только одно расхождение. Он сказал: «Вы слишком быстро приняли решение по Крыму. Вокруг Косово это продолжалось более длительный период». Тогда я ему сказал, что ни один из тех юридических моментов, которые присутствовали в Косово, мы не перешагнули. То есть, сначала был проведен референдум, потом Крым провозгласил себя независимым государством, потом Россия признала его независимость. Затем Крым обратился к нам с просьбой принять его в состав России в качестве субъекта Федерации. После этого было обращение президента России к Федеральному Собранию, положительное заключение Конституционного суда.  Далее президент внес в парламент соответствующие проекты законов и, наконец, мы приняли решение. То есть, все юридические процедуры были соблюдены.  Поэтому, когда я голосовал за присоединение Крыма и Севастополя к России, у меня уже не было сомнений в том, что с юридической точки зрения все выверено и мы поступаем в рамках Конституции и законодательства страны.

2. Про санкции

— Эта позиция и стала основанием для включения вас в список лиц, подвергнутых санкциям со стороны США и Евросоюза. Ваши счета за границей заморожены, вам закрыт доступ в Соединенные Штаты и Европу. Как вы это перенесли? Очень расстроились?

— Я уже говорил, выступая на российском телевидении, что стоимость чернил, истраченных на внесение меня в санкционный список, обошлась Министерству финансов США дороже, чем тот ущерб, который мне нанесли. Любой хабаровчанин, дальневосточник может легко зайти на сайт Совета Федерации и посмотреть декларацию о доходах каждого сенатора, в том числе, и мою декларацию.  С 1 апреля там будет информация и за 2013 год – я уже подал ее. Все могут убедиться, что никаких вкладов и собственности за границей у меня нет. Поэтому первая часть санкций – заморозить счета – меня не касается.

Есть вторая часть — о не предоставлении мне визы для поездок за рубеж. Думаю, этим решением не только и не столько меня хотят ущемить, сколько защитить себя. Потому что за 18 лет, которые я возглавлял делегацию Совета Федерации в Парламентской Ассамблее НАТО, мы прошли многие тяжелые точки: Югославия, Северный Кавказ, Афганистан, Ирак, Ливия…  И всегда, участвуя в работе Ассамблеи, члены нашей делегации и я говорили правду нашим западным партнерам. Наверное, сегодня они не хотят, чтобы мы как непосредственные участники «крымского» процесса с этой правдой ехали в Европу или Америку и рассказывали, что же действительно произошло.

И еще один немаловажный момент. Понимаете, эти люди, называющие себя демократами, за что меня наказывают? Фактически за мои взгляды, за мое голосование. Я же парламентарий, а не чиновник. И как это соотносится с демократией, свободой слова, гласностью? Вот это еще один пример двойных стандартов, которые есть на Западе и в Америке.

— Итак, выяснили, счетов заграничных у вас нет, а здесь где храните сбережения – случайно, не в банке «Россия», который также подвергся санкциям?

— (Озеров смеется) Да у меня вообще только один счет – пенсионный! Он открыт, кстати, в отделении Сбербанка, в Хабаровске. Там всего 48 тысяч рублей, на этом счете.

Председатель комитета по обороне и безопасности Совета Федерации, Виктор Озеров
Председатель комитета по обороне и безопасности Совета Федерации РФ Виктор Озеров. Фото Сергея Акулича

3. Кстати, о деньгах

—  Ну, до Сбербанка рука американского Минфина еще не дотянулась! Кстати, о деньгах. Поскольку Крым и Севастополь стали субъектами РФ, то теперь их содержание ляжет на федеральный бюджет, который придется корректировать в пользу новых субъектов. И произойдет это, вероятно, за счет урезания финансирования других регионов России. В частности, Дальнего Востока и Хабаровского края. Вы поддержите такое решение, зная, что наш регион после наводнения остро нуждается в средствах?

— Конечно, за все надо платить, но я не думаю, что расходы на Крым будут настолько велики, что существенно повлияют на программу социально-экономического развития Дальнего Востока и Забайкалья. Если по всей стране разбросать, не так уж сильно нас ударит.

Кроме того, мы, дальневосточники, помним, что в прошлом году, когда нам было очень тяжело, вся страна пришла на помощь пострадавшим от паводка, а из федерального бюджета были выделены дополнительные средства на ликвидацию последствий. Наступило время помочь Крыму.

Теперь что касается расходов на оборону и безопасность государства в связи с присоединением Крыма. В свое время, когда судьба Черноморского флота России на полуострове находилась под вопросом из-за позиции Украины, было принято решение о подготовке базирования флота в Новороссийске. Под это запланированы серьезные средства в рамках федеральной целевой программы. Не буду называть конкретных цифр, но они таковы, что могут компенсировать многие наши расходы в Крыму. Те средства, которые предстоит теперь затратить на совершенствование инфраструктуры Черноморского флота в Севастополе, — на порядок меньше.

4. Как можно быстрее

—  От Крыма плавно переходим к еще более близкому нам Дальнему Востоку. Весь минувший год дальневосточная проблематика не сходила с повестки. Активно обсуждалась она и в Совете Федерации. Здесь, насколько я знаю, полным ходом идет работа над проектом закона «Об особых условиях ускоренного развития Дальнего Востока и Байкальского региона». А вы как-то в процессе участвуете?

— Я вхожу в состав рабочей группы, которая готовит этот законопроект и которую возглавляет Вячеслав Анатольевич Штыров, заместитель председателя Совета Федерации. У нас уже прошло около десятка заседаний. Мы рассматриваем предложения, поступающие от субъектов РФ и федеральных органов исполнительной власти, и, если они обоснованные, пытаемся их в какой-то мере инкорпорировать в проект закона. Конечно, генеральную линию задал президент: на Дальнем Востоке должны быть созданы благоприятные условия для жизни людей и ведения бизнеса.

Поэтому ни у кого не вызывает сомнений, что льготы и преимущества здесь просто необходимы. Другое дело, в каком объеме и кто на них вправе рассчитывать?  Вот о чем идет речь. Будем об этом говорить и на очередном заседании рабочей группы, которое состоится в Якутске 4 апреля.  

Безусловно, по всем важным вопросам я советуюсь с губернатором Вячеславом Ивановичем Шпортом, с правительством, с краевым парламентом. Вот сегодня, например, получил пакет новых предложений из правительства края, а завтра обещают прислать поправки из нашей Законодательной думы. Так что, поеду в Якутск не только от сенатора Озерова (улыбается), а представляя и законодательную, и исполнительную власти Хабаровского края.

Думаю, условия для развития Дальнего Востока и Забайкалья нужно создавать в ускоренном темпе. На это нас нацеливает и президент России. В ходе недавней встречи с руководством Совета Федерации, на которой Штыров докладывал главе государства о работе над проектом закона «Об особых условиях…», Владимир Владимирович Путин выразил желание увидеть этот документ «как можно быстрее».

5. Законы «от Озерова»

— Вы нередко выступаете и с собственными законодательными инициативами. Какие из них удалось воплотить в законы, например, в минувшем году, а какие еще ждут своего часа?

— Один из важных законов, который был принят в 2013 году по моей, в том числе, инициативе, позволяет уволенным в запас военнослужащим получать от государства средства, необходимые для строительства и приобретения жилья. Вот если бы я, к примеру, сегодня увольнялся из Вооруженных Сил, то при моем составе, выслуге лет, воинском звании «полковник», я бы получил на руки где-то 5,5 – 6 млн. рублей. Думаю, за эти деньги вполне можно купить неплохую квартиру в Хабаровске, Новосибирске, Подмосковье. А если бы я купил домик в деревне, то остатка хватило бы и на коровенку, и на машиненку, и еще на что-нибудь (улыбается).

— Домик на Крымском побережье…

— Ну, на Крымское побережье я и так уже пять лет подряд езжу отдыхать с женой и внуком. Раньше ездили вроде в Украину, теперь будем ездить к себе – в Россию, домой…

Другой закон, тоже, как я считаю, очень важный, устанавливает, что гражданин, не служивший в армии, не может быть принят на государственную и муниципальную службу. Однако, если у молодого человека есть отсрочка от призыва до 27 лет или он по состоянию здоровья освобожден от воинской обязанности, то, конечно,  он вправе стать чиновником.

Еще ряд законопроектов,  в подготовке которых я принимал и принимаю участие, можно сказать, находится на выходе из парламента. В частности, единогласно одобрен в первом чтении проект федерального закона, приравнивающий воинов, пропавших без вести в Афганистане и в Чечне (всего около 930 человек), к погибшим. Это дает их родителям право на государственное пособие. Хотя были такие, кто говорил: а вдруг кто-то принял ислам и сегодня живет неплохо в Афганистане? И что, теперь из-за одного-двух человек почти тысяча семей не должны получить помощь? Притом, что размер выплат не столь велик – 14 200 рублей.

Также в первом чтении принят законопроект, подготовленный моими коллегами из думы Хабаровского края, — о безвозмездной передаче объектов Министерства обороны не только поселениям или субъектам Федерации, как это разрешается сейчас, но и районам. Я вносил его в Государственную думу. 

Могу привести и другие примеры.

— Интересно, а как вы относитесь к предложению фракции ЛДПР в Госдуме об отмене призыва в армию дальневосточников? Соответствующий законопроект был внесен в  конце января, но вскоре, правда, отозван. Может, зря? Может, нужно дать нашей молодежи такую привилегию, чтобы люди оставались жить на Дальнем Востоке?

— Знаете, надо создавать здесь нормальные условия, вот тогда люди не будут уезжать. Ну а что касается службы по призыву — не хочу в данном случае понравиться мамам, папам или возможным призывникам — это конституционная обязанность каждого из нас. Более того, уверен, что человек, отслуживший в рядах Вооруженных Сил, возвращается в гражданскую жизнь совсем иным. В этом смысле,  действительно, наша армия — это школа жизни, школа воспитания.

6. Работа для ВПК

— Виктор Алексеевич, вопрос на экономическую тему. Вы наверняка прекрасно знаете положение дел на предприятиях ВПК Хабаровского края. Можете назвать наиболее острые проблемы сегодня: недостаточное финансирование, низкий госзаказ, дефицит инженерных кадров? Что вообще необходимо сделать для решения этих проблем? Губернатор Шпорт недавно заявил, что на судостроительных предприятиях края надо, как минимум, в 5 раз увеличить загрузку…

— Не хочу спорить с губернатором. Если говорить о Хабаровском судостроительном заводе, то, действительно, он нуждается в загрузке. Трудности есть, но уже принято решение, что с 2016 года там будут строиться корабли на воздушной подушке по заказу Министерства обороны. К тому же, в перспективе ХСЗ может получить заказ из Южной Кореи. Вы знаете, что мы раньше поставляли наши «Мурены» в Южную Корею? Буквально на прошлой неделе я встречался с военным атташе этой страны и когда напомнил ему этот факт, он сказал: «Нам еще нужны!». Так что, работаем и в этом направлении.

Амурский судостроительный завод. Здесь все зависит от того, как корабелы справятся с выполнением заказов по строительству двух корветов для ВМФ России. Если качественно и в срок, то гарантированно поступят новые заказы, и до 2020 года АСЗ будет полностью обеспечен работой  — с учетом тех программ, которые есть в гражданском судостроении.

Мы, кстати, долго доказывали в Министерстве финансов, в Минпромторге  (Минобороны было нашим союзником), что необходимо пересмотреть цены на эти корветы в сторону увеличения. И нам совместными усилиями удалось добиться изменения стоимости заказа практически в два раза. Теперь дело за трудовым коллективом. Первый корабль должен быть сдан заказчику в этом году, второй – в 2015-м. Конечно, завод испытывает трудности с кадрами, раз. Во-вторых, есть трудности со станками и оборудованием, потому что они там «времен Очаковских и покоренья Крыма». К слову пришлось  — и здесь Крым! (улыбается). Вот две главные проблемы Амурского судостроительного завода. Тем не менее, сегодня очень важно выдерживать графики строительства корветов. Я был на предприятии и говорил об этом, и через вас готов повторить, что все в руках заводчан.

Что касается Авиационного завода имени Гагарина – там у нас ясная перспектива.

— А какие перспективы у инновационного авиа- и судостроительного кластера Хабаровского края, председателем Совета которого вы являетесь? Или эта тема уже потеряла свою актуальность?

— Нет, актуальности не потеряла, но, честно говоря, работа идет трудно. Мы начали-то неплохо и, как вы знаете, попали в перечень кластеров второго уровня, которым в перспективе обещана государственная поддержка. Никто от участия в кластере не отказывается, какие-то наработки мы делаем, например, школу-инкубатор готовим на базе ТОГУ. Но, конечно, хотелось бы двигаться быстрее. В принципе, мы рассчитываем, что наш кластер станет составной частью модернизированной программы социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона, которую готовит Минвостокразвития.

7. Разное

— Вы регулярно бываете в Хабаровском крае. Только с начала года – уже несколько раз ездили. Это плановые командировки или ехать вынуждают какие-то особые обстоятельства?

— За все время чрезвычайная ситуация была только однажды – в период прошлогоднего наводнения. Поэтому я неоднократно летал тогда в Хабаровск, в Комсомольск и другие населенные пункты, пострадавшие от паводка. А так у меня все идет по плану. В край стараюсь выбираться каждый месяц. Здесь в обязательном порядке прихожу на аппаратные совещания, которые проводит губернатор Шпорт, чтобы напрямую слышать, какие задачи он ставит, что говорят министры, заместители председателя правительства… А поскольку в Совете Федерации я представляю Законодательную думу Хабаровского края, то, конечно, также стараюсь быть в курсе идущей там работы, хожу на комитеты, на заседания думы, иногда высказываю свою точку зрения по тем или иным вопросам. Кроме этого, езжу по районам, много общаюсь с людьми, веду прием граждан.

Естественно, поездки рождают какие-то задачи, которые необходимо решать. Так, к примеру, удалось помочь «Сестричеству милосердия святой преподобномученицы Великой княгини Елисаветы» Хабаровской епархии РПЦ с помещением для больницы, в которой могли бы пребывать люди, уже, возможно, не имеющие родственников, находящиеся на пороге смерти, а потому требующие особого ухода. Разве можно было отказать в такой просьбе?

— В комитете по обороне и безопасности сразу два представителя Хабаровского края – вы и Александр Шишкин. Это хорошо, помогает в работе?

— То, что не мешает – 100%! (улыбается).  У меня как у председателя комитета нет проблем с Александром Геннадьевичем. А у него, кажется, нет проблем со мной. Мы ведь здесь работаем на один результат. К тому же, законотворческая деятельность в комитете вовсе не исчерпывает наши полномочия. Вопросы приходится решать самые разные.

© Сергей АКУЛИЧ.
Фото автора.
30 марта 2014 г.

Поделись с друзьями!
Оставьте свой комментарий:

на Блоге
в Вконтакте
в Фейсбук